XVII век в России — эпоха землепроходцев, которые совершили множество географических открытий в Сибири и на Дальнем Востоке и способствовали освоению и присоединению этих территорий к Московскому царству.
Одним из таких землепроходцев был Пётр Иванович Бекетов. Происходивший из среды тверского и арзамасского дворянства, сын боярский Пётр Бекетов родился предположительно в конце XVI — самом начале XVII века. О раннем периоде его жизни нам почти ничего не известно. Поворотным моментом в жизни Бекетова стал 1627 год, когда он, испытывая денежные трудности, выхлопотал себе должность стрелецкого сотника в Енисейске — одном из аванпостов колонизации Сибири.
Вместе с другими землепроходцами Бекетов обследовал большую часть бассейна Лены в 1630–1635 годах, первым из русских землепроходцев прошёл Олекмо-Чарское и Патомское нагорья, а в начале 1650-х годов пересёк всё Забайкалье, а также проплыл по Амуру. В 1655 году Бекетов помогал воеводе Кумарского острога на Амуре отразить осаду 10-тысячного маньчжурского войска. Успехам Бекетова способствовало его знание языков и нравов местных народов, умение договориться с жителями вновь осваиваемых территорий, лидерские качества и удача. О последних годах жизни первопроходца нам также мало что известно. Очевидно, что уже в начале 1660-х годов его уже не было в живых.
Пётр Иванович Бекетов
Бекетова и его казаков считают основателями Читы — здесь в 1653 году на реке Ингоде неподалеку от современного города отряд Бекетова поставил временное жильё для зимовья.
Хотя это место и было вскоре оставлено, именно оно является наиболее ранним из всех известных поселений, находившихся в районе нынешней Читы. С именем Бекетова связано начало истории и других городов, среди которых Якутск (1632), Олекминск (1635) и Нерчинск (1653).
Жители Забайкалья сохранили о Бекетове благодарную память. В местном фольклоре он неизменно считался добрым человеком и удачливым охотником. Ещё в первой половине XX века помнили о распространённой в семьях охотников традиции давать первому сыну имя Пётр с надеждой на то, что он «таким же фартовым будет, как тот казак Бекетов».